Лариса ЩИГОЛЬ

Выступает Лариса Щиголь. Сидят: Андрей Грицман, Владимир Берязев, Анатолий Кобенков.  

Братск, 23 апреля 2004 г.  

           ДУНАЙСКИЕ ВОЛНЫ

А в саду городском, а в саду городском,
Там дорожки посыпаны белым песком,
Небеса источают полуденный зной
И деревья качает дунайской волной,

Золотые тромбоны на солнце блестят,
И мальчишки вдогонку влюблённым свистят,
А сумевшие скрыться под сень колоннад
Из бумажных стаканчиков пьют лимонад.

И пока там обеты дают на века,
И пока там конфеты жуют из кулька,
Их уносит не видимой ими судьбой
За не виденный ими Дунай голубой,

И пока там сгущаются тени, в саду,
Их заносит забвеньем, как тиной в пруду,
И хоронят, хоронят, хоронят живых
Под далёкое эхо музык полковых…

                                          15.12.03
                                          Мюнхен

                         ОХОТА

                                                              Владимиру Берязеву

Жрать не искали, а – души свои веселили:

Белого зайчика в белом лесу подстрелили,

Пять мужиков – на одну нежношёрстную шкурку –

Алая кровушка насмерть примёрзла к окурку.

Водку глушили, патронов-пыжей не жалели –

Зимние маки на белом снегу заалели,

Едет трофей, не пеняя, лыжнёю неловкой,

Алые пятна роняя пробитой головкой.

Шик камуфляжей сбавляется кровушкой алой,

Алою кровушкой, алой – но всё-таки малой:

Большие беды отводит мужская забава –

Белому зайчику, мёртвому зайчику – слава!

... Может, не слышал он боли в смертельном испуге,

Тёплый животик за други кладя и не други...

Вон он висит, небрежённый, под крышей сарая,

Алою кровушкой белую шкурку марая.

                                                                      18.11.04

      ЛЕТЕЙСКИЕ ВОДЫ

Это не смерть к нам приходит, пугая,
А начинается просто другая
Жизнь. Но сбывается: мы — это мы.
Там, за рекой, в залетейской долине,
В смутных и нежных пространствах Беллини
Видятся гроты её и холмы.

Волны в борта ударяют неслышно,
И наполняются музыкой вышней
Сферы: Вивальди, а может быть, Бах.
Взысканы лаской нежданной Господней,
Так и уходим — в рубашке исподней,
С розовой пеной на бледных губах.

Так начинается новая эра,
И от Сан-Марко ведёт к Cimitero*
Длинная стрелка: тончайший изгиб.
И удаляются здешние метки:
Дворик в тени, черно-белые клетки,
Райские яблочки, пухлые детки —
Но, растворяясь, никто не погиб.

То ли мы к рощам причалим лицейским,
То ли к цветным куполам венецейским —
Но под знакомый и ласковый кров.
И уплывают в лазури густые
Лёгкой толпой облачка золотые —
Общие, видно, для многих миров.

                                          26.05.01

                                        * Кладбище (итал.).

             ПРОГУЛКА

На майском лужке по лекальной кривой
Летают кузнечики над головой,
Летают ажурные тельца
И лёгкие души владельцев,
Летает пчела над весёлым цветком,
И шершень под небо уходит витком,
И всё, сколько взгляда хватает,
Летает, летает, летает...
Летают стрекозы над синей водой,
И бражник летает — такой молодой!..
И мухи летают, однако...
А мы не летаем, собака.

ПОДРАЖАНИЕ НЕМЕЦКОЙ ПЕСНЕ

В далёком краю похоронен мой милый,

И южные птички поют над могилой,

И дуб распускается каждой весной,

И волны морские шумят за стеной.

Лежит мой любимый в краю отдалённом

Под белым крестом и барвинком зелёным,

И память о нём ускользает во тьму,

И слёзы ничем не помогут ему.

                        *   *   *

Медленно, медленно мокрой дорожкой знакомой
К цели своей неизвестной ползёт насекомый
(Впрочем, ему эта цель, может быть, и ясна),
Медленно, медленно — осень, поди, не весна.



В мокрую гору, по астрам, распластанным в лёжке,
Переплетаясь, ползут насекомые ножки,
Счастье ещё, что вороны не видно пока —
Может, судьба и, того, пощадит старика.



Где твоё небце, бескрылая божья коровка?
Медленно близится неодолимая бровка,
Медленно близится, медленно — дело к зиме,
Медленно, медленно, медленно, медленно, ме…